Andrey's personal blog

Я провел выходные во французском городе Монтпелье. Гулял с Кусиком по узким французским улочкам, пропитанным запахами свежей выпечки, круассанов, кофе и неожиданно — кебаба. В солнечную погоду город особенно приятен: свет играет на старинных фасадах, уличные музыканты исполняют что-то ненавязчивое, а утренний воздух наполняет бодростью.

Однако завтрак в отеле, где я остановился, меня разочаровал. Атмосфера казалась угрюмой. На входе меня встретила женщина, которая не говорила ни на английском, ни на испанском, а на мой вопрос о лососе так и не смогла ответить. Но зато с неумолимой настойчивостью интересовалась номером моей комнаты, чтобы вписать его в счёт. Контакт с ней не задался, и я решил поискать место получше.

Мой выбор пал на отель Pullman. На входе я поинтересовался ценой завтрака — она показалась мне высоковатой, но, следуя своей привычке, отшутился: «Ну, наверное, должен быть хороший завтрак!». Меня проводили на крышу, где находился ресторан с панорамным видом на город.

Я позавтракал в своем стиле: овсяная каша, щедрая порция лосося, хрустящий хлеб из отрубей с гуакамоле, артишоки и, конечно, чашка хорошего кофе. Завтрак был не просто вкусным, но и питательным, сбалансированным — настоящая инвестиция в день, который только начинался.

Во время трапезы мои мысли унеслись к одному человеку — визионеру Давиду, с которым я знаком по работе. Этот человек создал несколько известных компаний и является признанным мировым экспертом в технологиях искусственного интеллекта. Но кроме этого, он написал книгу о своей уникальной системе питания, которую так и называет — «Система питания Давида». Я не буду упоминать его фамилию, но догадаться о ком идет речь несложно.

Я размышлял о том, насколько интересен его подход. Он детально проанализировал воздействие еды на организм, разработал свою методологию, в которой питание стало не просто потребностью, а инструментом для поддержания высокой продуктивности, ясности ума и стабильного эмоционального фона. Его система хороша, но мне казалось, что её можно дополнить и расширить. Оптимизировать так, чтобы питание влияло не только на физическое здоровье, но и на когнитивные способности. В каком-то смысле это напоминало программирование: если представить систему Давида как класс, можно создать наследуемый класс, переопределив ключевые параметры и добавив новые методы, чтобы сделать результат ещё эффективнее.

Ведь то, что мы едим (и пьём), в конечном итоге определяет нас самих.

Безусловно, это был не просто завтрак. Это был заряд энергией, мыслями, идеями — топливо для нового дня.

У нас в офисе есть столовая. Там работает приятная девушка, к которой весь коллектив относится с симпатией. Она приходит на работу в 7:30 утра – и иногда в дружеской беседе жалуется, что не выспалась. Но несмотря на это, она всегда встречает нас с улыбкой, наполняя пространство ароматом свежесваренного кофе и уютом.

Я пью американо. Она давно уже знает это и, завидев меня в дверях, без лишних слов ставит под нос горячую чашку. Иногда я беру к кофе печеньку – такую огромную, сантиметров пятнадцать в диаметре, с шоколадными вкраплениями. В эти моменты я немного ощущаю себя Pac-Man’ом – только вместо виртуальных точек в моей реальности печенька, кофе и нехитрые утренние размышления.

Обычно утро проходит спокойно, но в один из дней, когда я стоял с кофе и печенькой в руках, в столовую зашло начальство. Они обсуждали какие-то важные вопросы, бросая друг другу деловые фразы, в которых мелькали цифры и термины, связанные с операциями на суммы с таким количеством нулей, что в голове не укладывалось. Люди эти были сильно выше меня по статусу – высший менеджмент, решения которых влияют на судьбы не только сотрудников, но и целых финансовых структур.

Но при этом они были вежливы и дружелюбны. Поздоровавшись со мной, они выбрали столик рядом и продолжили обсуждение. А я сел неподалёку, молча потягивая свой американо и задумчиво откусывая печеньку.

И только через пару минут до меня дошло: снаружи это, вероятно, выглядело довольно странно. Представьте себе: сидит человек, сосредоточенно жует гигантскую печеньку, от которой крошки сыплются на стол, и запивает её кофе, глядя в одну точку с выражением абсолютного погружения в свои мысли. Всё это на фоне серьёзного разговора о миллионных сделках и стратегических решениях.

Я поймал себя на том, что, возможно, сейчас выгляжу как персонаж из фильма, который случайно оказался в кадре и не понял, что сцена должна быть драматической, а не комедийной.

Начальство продолжало беседу, не обращая на меня внимания. Но мне показалось, что кто-то из них мельком взглянул в мою сторону – может быть, уловил мой задумчивый взгляд или странную серьёзность, с которой я пережёвывал овсяное чудовище.

Я доел печеньку, сделал последний глоток кофе и поставил чашку на поднос. Вставать сразу не хотелось – было бы слишком уж очевидно, что я осознал свою нелепость. Поэтому я просто продолжил сидеть, думая о чём-то своём.

А начальство, так и не прервав беседы, вскоре встало и ушло.

Я вздохнул с облегчением, вытер крошки с брюк и пошёл работать.

Главное – не показывать глупый вид. Хотя, возможно, это уже было поздно.

У меня есть маламут Кусик. Это моя собака, я её выбрал когда-то (пусть и несколько импульсивно) — и никогда не пожалел о своём выборе. Сейчас ему уже больше 12 лет.

И я до сих пор задумываюсь: а правда ли, что собаки, как дети, перенимают характер хозяина?

Мы часто и много гуляем по улицам. Иногда подбегает какая-нибудь маленькая, но очень злая (и, наверное, очень опасная) собака и начинает на Кусика громко лаять. Кусик, как правило, не реагирует вообще никак. Если эта мелкая собачка начнёт на него прыгать или доставлять неудобства, первое, что он сделает, — просто оттолкнёт её лапой, обычно даже без какого-либо рычания.

От кого Кусик этому научился? Или, наоборот, моя модель поведения в последние годы — результат влияния Кусика на меня?

Вот такой вот у нас симбиоз.

Иногда мне кажется, что мы с ним — одно целое. Он чувствует моё настроение без слов. Если я устал или чем-то обеспокоен, он просто ложится рядом, молча, не требуя внимания, будто говоря: «Я здесь». А если я в хорошем настроении, он подбегает, радостно машет хвостом, просит поиграть. Мы понимаем друг друга без лишних слов, без команд, просто на каком-то глубинном уровне.

Говорят, что собаки отражают характер хозяев. Но, может быть, это мы учимся у них? Я многому научился у Кусика за эти годы. Спокойствию. Умению не реагировать на раздражители, если они не заслуживают внимания. Внутренней силе, которая не требует агрессии. Возможно, именно благодаря ему я стал тем, кто я есть.

А ещё Кусик напоминает мне, что важно радоваться простым вещам. Прогулке под дождём. Вкусной еде. Тёплому солнцу. Простому мгновению тишины, когда всё хорошо.

Собаки — в хозяина. Или наоборот?

Утро было прохладным, но уже не зимним. В воздухе ещё оставалась лёгкая свежесть ночного дождя, и асфальт чуть влажно поблескивал в свете фонарей, которые вот-вот должны были погаснуть. Я шёл по пустынной улице, ведя Кусика на поводке. Он неспешно нюхал все уголки, ловил остатки запахов ночной жизни города.

На тротуаре валялись шкурки от съеденного мандарина, а рядом – порезанная на аккуратные квадраты карточка транспорта Барселоны. Кто-то неторопливо ел мандарин и в то же время методично кромсал карточку? Для чего? В голове вспыхнула картинка: человек сидит на лавочке, скрупулёзно отмеряет и режет пластик, может быть, даже линейкой вымеряет, чтобы всё было идеально ровно. Но зачем? Может, карточка уже не была действующей, и это был своего рода ритуал избавления? Или кто-то таким образом символически «разрезал» свою привязанность к Барселоне перед отъездом? Глупости, конечно, но любопытные.

Чуть дальше на бордюре валялась хлебопечка марки Princess. Судя по всему, её просто выбросили, но кто это сделал? Случайный прохожий, решивший избавиться от ненужного хлама? Или кто-то в порыве злости выкинул её после неудачной попытки испечь хлеб? На секунду мне представился разъярённый человек, вытаскивающий из формы нечто бесформенное, подгорелое или недопёкшееся, а потом в ярости швыряющий эту технику к обочине с мыслью: «Чёрт с ней, не работает – и не надо!»

Я усмехнулся. Конечно, это глупость, но даже такие житейские наблюдения помогают немного разгрузить мозг перед началом тяжёлого рабочего дня. Вместо того чтобы думать о предстоящих задачах, можно на несколько минут погрузиться в этот микрокосм случайных уличных находок и попытаться угадать их историю.

Кусик потянул меня дальше, и я последовал за ним, переступая через лужи и блики от фонарей. Мы шли к кофейне на углу, той самой, что уже давно стала частью моего утреннего ритуала. В семь утра она только открывалась, внутри ещё пахло свежемолотым кофе и тёплым хлебом. Я сел у окна, заказал капучино и круассан, а Кусик устроился рядом, положив голову на лапы.

Через стекло я смотрел на улицу, где по-прежнему лежали обрывки чьих-то историй: мандариновые шкурки, разрезанная карточка, ненужная хлебопечка. И вдруг мне показалось, что эти вещи словно дополняли друг друга, образовывая странную, но любопытную картину жизни, где даже самые незначительные детали могут рассказать свою историю — если только остановиться и посмотреть внимательнее.

Я прогулялся с Кусиком по утренней Тулузе. В это время город ещё сонный, улицы почти пусты, лишь редкие прохожие торопятся по своим делам. Я люблю такие моменты – когда ты идёшь по мощёным улочкам, слушаешь, как капли дождя мягко шлёпаются по тротуарам, чувствуешь запах свежести, который бывает только после ночного дождя. Главное, чтобы он не был слишком сильным – лёгкий, едва ощутимый, добавляющий прогулке особый шарм.

Мы неспешно идём дальше, и вот я нахожу уютное кафе с тентами. Здесь есть столик с прекрасным видом на Капитолий. Сажусь, Кусик устраивается рядом, внимательно наблюдая за окружающим миром. Я заказываю кофе и круассан – классический французский завтрак, простой и утончённый одновременно.

Горячий напиток приятно согревает руки, а круассан хрустит, когда я отламываю кусочек. Я наслаждаюсь этим моментом, его простотой и чистотой. Айфон в руке – маленькое окно в мир, позволяющее мне быть одновременно здесь и в беседах с друзьями на других континентах. Интересно, как технологии соединяют нас, даже если мы разделены тысячами километров.

Но сейчас я просто сижу под зонтиком, прислушиваюсь к звукам города, наблюдаю за тем, как пробуждается Тулуза. Иногда стоит просто позволить себе быть – не спешить, не планировать, не думать о делах. Пусть мысли текут сами собой.

И однажды станет ясно, какое применение в жизни найдут те идеи, которые приходят мне в голову за этим утренним кофе.